9 лет... как будто их не было. Как будто еще вчера ты был рядом, и ничего не было страшно. У меня была твоя защита. Я уже большая девочка, мне уже не 17. Но не прошло ни дня, чтобы я не вспомнила о тебе. И мне по-прежнему так нужна твоя поддержка... Я ношу ключи на твоей цепочке от ключей, единственная из твоих вещей, которая у меня есть в этом городе... Мой дом был там, где был ты. А теперь я нигде не чувствую себя дома... Я так люблю сны в которых ты теперь иногда приходишь ко мне. Хотя бы в снах я могу тебя обнять, рассказать тебе о своих тревогах, радостях. Но они бывают так редко... Часто вспоминаю, как ты запрещал маме наказывать меня за мои шалости, потому что "я такая же, как ты в детстве", как мы вместе смотрели футбол и как сумасшедшие орали "гоооол!" на всю квартиру, как ты нес меня на плечах до самой больницы, когда я порезала ногу на море, как мы выбирали вместе платье на мой школьный выпускной, как ты приклеивал мне ногти, потому что я уже опаздывала, как радовался моим успехам и еще много-много моментов счастья и радости Я никогда не была спокойным ребенком. Со мной было трудно. Я помню, как однажды я тебя очень сильно расстроила, и ты, сильный мужчина, лучший из всех кого я знала, плакал... Я, наверное, никогда не смогу простить себе тех твоих слез... Знаю, что неправильно так говорить, но ты любил меня больше других, и ты прощал мне очень многое. Я очень люблю тебя, па... Мне так жаль, что у моих детей не будет такого замечательного деда. Но ты же видишь оттуда все, правда? Пап, я так скучаю...
"Кто здесь?" - насущный вопрос современности, четко характеризующий начало XXI века. При том, что начало XX века характеризовали вопросы: "кто виноват?" и "что делать?"
"...Как и положено провокатору, Самарцев был обаятелен. - На самом деле я менеджер будущего, — сказал он. — Так сказать, дизайнер завтрашнего дня. А должность так называется потому, что провокация в наше время перестала быть методом учета и стала главным принципом организации. - Не понимаю. Как это провокация может быть методом учета? - Запросто, — ответил Самарцев. — Это когда у самовара сидят пять эсеров и поют «вихри враждебные веют над нами». А среди них — один внедренный провокатор, который пишет на остальных подробные досье. - Ага. Понял. А как провокация может быть методом организации? - Когда провокатор начинает петь «вихри враждебные» первым, — ответил Самарцев. — Чтобы регистрация всех, кто будет подпевать, велась с самого начала. В идеале, даже текст революционной песни сочиняют наши креативщики, чтобы не было никакого самотека. - Понятно, — сказал я. Самарцев снова попытался ткнуть меня пальцем в живот, но в этот раз я подставил ладонь. - Это, естественно, относится не только к революционным песням, — продолжал он, — а ко всем новым тенденциям вообще. Ждать, пока ростки нового сами пробьются сквозь асфальт, сегодня никто не будет. - Почему? — спросил я. - Потому что по этому асфальту ездят серьезные люди. Ростки на спецтрассе никому не нужны. Свободолюбивые побеги, которые взломают все на своем пути, в наше время принято сажать в специально отведенных для этого местах. Менеджер этого процесса естественным образом становится провокатором, а провокация — менеджментом...
[...]
- Э, — сказал Самарцев, — да ты, я вижу, провокатор не хуже меня... Знаешь, что такое «уловка-22»? Это я помнил из дискурса. - Примерно, — ответил я. — Это ситуация, которая, если так можно выразиться, исключает саму себя. Мертвая логическая петля, из которой нет выхода. Из романа Джозефа Хеллера. - Правильно, — сказал Самарцев. — Так вот, «уловка-22» заключается в следующем: какие бы слова ни произносились на политической сцене, сам факт появления человека на этой сцене доказывает, что перед нами блядь и провокатор. Потому что если бы этот человек не был блядью и провокатором, его бы никто на политическую сцену не пропустил — там три кольца оцепления с пулеметами. Элементарно, Ватсон: если девушка сосет хуй в публичном доме, из этого с высокой степенью вероятности следует, что перед нами проститутка. Я почувствовал обиду за свое поколение. - Почему обязательно проститутка, — сказал я. — А может это белошвейка. Которая только вчера приехала из деревни. И влюбилась в водопроводчика, ремонтирующего в публичном доме душ. А водопроводчик взял ее с собой на работу, потому что ей временно негде жить. И там у них выдалась свободная минутка. Самарцев поднял палец: - Вот на этом невысказанном предположении и держится весь хрупкий механизм нашего молодого народовластия..."
Об интеллектуалах и интеллигентах
Говоря о вине интеллигенции перед народом, он постоянно употреблял два термина, которые казались мне синонимами, - "интеллигент" и "интеллектуал". Я не выдержала и спросила:
- А чем интеллигент отличается от интеллектуала? - Различие очень существенное, - ответил он. - Я берусь объяснить только аллегорически. Понимаете, что это значит?
Я кивнула.
- Когда вы были совсем маленькая, в этом городе жили сто тысяч человек, получавших зарплату за то, что они целовали в зад омерзительного красного дракона. Которого вы, наверно, уже и не помните...
Я отрицательно покачала головой. Когда-то в юности я действительно видела красного дракона, но уже забыла, как он выглядел, - запомнился только мой собственный страх. Павел Иванович вряд ли имел в виду этот случай.
- Понятно, что эти сто тысяч ненавидели дракона и мечтали, чтобы ими правила зеленая жаба, которая с драконом воевала. В общем, договорились они с жабой, отравили дракона полученной от ЦРУ губной помадой и стали жить по-новому.
- А при чем тут интелл...
- Подождите, - поднял он ладонь. - Сначала они думали, что при жабе будут делать точь-в-точь то же самое, только денег станут получать в десять раз больше. Но оказалось, что вместо ста тысяч целовальников теперь нужны три профессионала, которые, работая по восемь часов в сутки, будут делать жабе непрерывный глубокий минет. А кто именно из ста тысяч пройдет в эти трое, выяснится на основе открытого конкурса, где надо будет показать не только высокие профессиональные качества, но и умение оптимистично улыбаться краешками рта во время работы...
- Признаться, я уже потеряла нить.
- А нить вот. Те сто тысяч назывались интеллигенцией. А эти трое называются интеллектуалами.
О Богоискательстве и Богонаходительстве
"...Меня больше всего поражают две черты, которые радикально отличают сикхизм от всех остальных религий. — Какие же? — Во-первых, признание того факта, что Бог создал этот мир вовсе не с какой-то возвышенной целью, а исключительно для своего развлечения. На такое никто до сикхов не отваживался. И, во-вторых, богонаходительство. В отличие от других систем, где есть только богоискательство. — А что это такое — богоискательство и богонаходительство? — Помните эту апорию с казнью на площади, которая часто приводится в комментариях к сикхским священным текстам? Кажется, она восходит к гуру Нанаку, но полной уверенности у меня нет. Сикх выпучил коричневые глаза и сразу сделался похож на рака. — Представьте себе базарную площадь, — продолжала я. — В ее центре стоит окруженный толпой эшафот, на котором рубят голову преступнику. Довольно обыкновенная для средневековой Индии картина. И для России тоже. Так вот, богоискательство — это когда лучшие люди нации ужасаются виду крови на топоре, начинают искать Бога и в результате через сто лет и шестьдесят миллионов трупов получают небольшое повышение кредитного рейтинга. — О да, — сказал сикх. — Это огромное достижение вашей страны. Я имею в виду улучшение кредитного рейтинга. А что такое богонаходительство? — Когда Бога находят прямо на базарной площади, как сделали учителя сикхов. — И где же он? — Бог в этой апории является казнящим и казнимым, но не только. Он является толпой вокруг эшафота, самим эшафотом, топором, каплями крови на топоре, базарной площадью, небом над базарной площадью и пылью под ногами. И, разумеется, он является этой апорией и — самое главное — тем, что сейчас ее слышит... Я не уверена, что такой пример можно назвать апорией, поскольку в нем нет неразрешимого противоречия — хотя, может быть, оно как раз в том, что Бога находят посреди крови и ужаса. Но у сикха этот термин не вызвал возражений. Он выпучил глаза еще сильнее и стал похож не просто на рака, а на такого рака, который догадался наконец, почему вокруг стоят эти огромные пивные кружки."
В диком шоке... "защитим веру православную" - интересно, а кто на веру православную покушался? Ханукия? Антисемитизм процветает... А то, что их Христос - галахический еврей, как-то до них не доходит...
Сара причитает. - Абрам, ну как ты мог сломать новый стул, как ты мог испортить новую люстру. Нет, мое сердце не выдержит, ты что, не мог повеситься в другом месте?
Существует ли атомная бомба? - Нет. Если бы она была, ее можно было бы достать на одесском привозе ---------------------- Ругаются две одесситки. - Ах, ты старая проститутка! Вторая очень оскорбленно: - Сара! Я тебя не понимаю, при чем здесь возраст! ------------------------ - Ты идешь на похороны Рабиновича? - Почему это я должен идти? Думаешь, он придет на мои? --------------------------- - Вы знаете, я на той неделе был в Бердичеве, так там в трамвае я видел живого Карла Маркса! - Ой, не может быть! Шо, в Бердичеве уже ходит трамвай?
-Гога, ну что же вы не спрашиваете как у меня дела? -Ну и как ваши дела, тетя Роза? -Ой, и не спрашивайте, Гога!
-Хаим, и где ты шил такой костюм? -Из Парижу привез. -И где это, Париж? -2000 километров от Одессы. -Ты смотри! Такая глушь, а шьют неплохо
Поссорился Изя с Мойшей. И вот однажды Мойша, проходя мимо дома Изи и заметив последнего сидящим у окна, говорит: — Люди, вы только посмотрите на этого урода — еще красуется из окна. Имея такое лицо, лучше уж задницу бы выставил — было бы приличнее. — Уже пробовал. Все прохожие сразу спрашивают: «Мойша, что это вы делаете у Изи дома? Вы же с ним поссорились!»
Сарочка. а шо случилося с Моней? -он умер! -то то я смотрю его хоронят.
-Клава, Мойша живёт напротив тюрьмы? -теперь он живёт напротив своего дома!
- Сарочка,ты шо заболела?Шо так часто к тебе скорая приежает? - Драсьте!?А если к тебе военные ходят,значит война началась?
- Скажите пожалуйста, на что мне сесть, чтоб попасть на Дерибасовскую? - Садитесь на жопу, вы уже на Дерибасовской!
На пляже. - Help!Help!Help!I can't swim! - Сарочка,посотри.Пока вся Одесса училась плавать,этот умник учил английский язык!
Рабинович приходит к соседу: - Скажите, Абрамович, вам нравятся женщины с отвислым задом? - Лично мне - нет. - А потных женщин вы любите? - Конечно не люблю. - А как вы относитесь к женщинам с вонючими подмышками? - Терпеть ненавижу. - Так какого же черта вы е***е мою жену, когда я на работе?
Телефонный звонок в квартире Рабиновича: - Извините, пожалуйста, вас беспокоит Софа. - Извините, пожалуйста, Софа меня не беспокоит.
На границе часовой. - Стой, кто идет? - Ша, никто уже никуда не идет!
- Скажите, вы не знаете, где Дерибасовская? - Я не знаю, где Дерибасовская? Я не знаю, где Дерибасовская! Да шоб ты сдох, если я не знаю, где Дерибасовская!
По жизни я очень тяжело принимаю любые сколько-нибудь важные решения. Пришло озарение, почему.
Когда что-то в жизни меняется - меняется и круг ожиданий. То есть, с изменением нашего статуса (профессии, рода занятий, семейного положения и т.п.) люди начинают ждать от нас чего-то ещё. Я часто боюсь не оправдать чьих-то надежд. Привыкнув к тому, что по привычным ролям меня оценивают скорее позитивно - как хорошего (надежного, ответственного, и т.п.) человека (друга, дочку, сестру, юриста, волонтера, продавца и т.д.), я боюсь, что под какую-то новую для меня роль (руководитель, жена, мама) "не дотяну" по каким-либо качествам. То есть страх перед чем-то новым, перед переменами в жизни - по сути, страх негативной оценки со стороны.
Неужели я настолько зависима от чужих мнений? (До недавнего времени мне казалось, что если мне всё равно, что обо мне скажут люди на улице, это значит, что от общественного мнения я больше не завишу. А нестандартные поступки отрабатывались довольно легко в разных вариациях).
Смотрю я наскоками, верней, слушаю, ТВ )))) И такая программа - Народна Зирка - типа из народа наши попПевцы себе выбирают протеже и с ним поют в конкурсе пару месяцев, выбывают по итогам голосования зрителей и жюри. Ну жюри - это так, чиссто для прикола, а вот народ все так же удивляет. Еще раз понимаю - в крови, то ли, жалеть убогих и недалеких, а самородки сами пробьются или как? Есть 2 пары - одна ну вообще - это снос мозга, тетенька поет так, что Анастэйша, Долина и Дайана Росс курят нервно и становятся в очередь на уроки вокала. И другая - неплохо, в-общем ,но нет ни голоса, ни подачи.... НО! ЕЕ звездная напарница распиарилась по всей Украине благодаря громкому разводу с известным мужем, не умеет себя вести, и девочка из народа - слабовидящая. И шо? Им таки дали больше голосов. Я в шоке! А мы учимся прыгать.
Первый раз я попала в такой (!) туман. Мы возвращались домой на машине, уже стемнело, и вдруг попали будто в плотную массу. Не видно ничего! Ощущение, что пробираешься сквозь кисель. А в какой-то момент я вообще не могла понять едем мы или стоим с работающим двигателем. Страшно. Если бы я была за рулем, не представляю, что бы я делала. Орентации никакой. Еще и Стивен Кинг в голову сразу влез - вот ведь зараза, так давно читано! Не думала, что туман так низко - из окна не видно вершины горы, а вот оказывается не только. Я впервый раз в таком тумане, а Леша говорит, что ему часто приходится так ездить. Он молодец.
Смотрюсь в него, как в зеркало, которое снимает годы. И улыбка и даже жесты характерные - мои (мне говорили, что я в деда). У него даже глаза сейчас стали зелёные, точно как у меня. А вот во взгляде гораздо больше улыбки, чем у меня в его возрасте.
Радоваться жизни, как таковой, по словам родителей, я начал только лет с шести... а он с года.
Сайт Синтона
Расписание тренингов
А мы учимся прыгать. 
