|
|
| Бастет - 00:52 Бродский. |
Для школьного возраста.
Ты знаешь, с наступленьем темноты
пытаюсь я прикидывать на глаз,
отсчитывая горе от версты,
пространство, разделяющее нас.
И цифры как-то сходятся в слова,
откуда приближаются к тебе
смятенье, исходящее от А,
надежда,исходящая от Б.
Два путника, зажав по фонарю,
одновременно движутся во тьме,
разлуку умножая на зарю,
рассчитывая встретиться в уме.
|
|
Цитата || || Печать || Комментарии:1 |
| Бастет - 23:14 песенка.. |
Норд-вест, гудки, синева. Крейсер, не то миноносец.
В рубке радист репетирует: точка, тире, запятая...
Девочка машет с берега белой рукою.
Все с борта машут в ответ. Самый красивый не машет.
Жаль, жаль. А вот и не жаль. Очень ей нужен красивый.
Пусть он утонет геройски со всею эскадрою вместе.
Ангелы божьи станут ему улыбаться.
Ей, что ли, плакать тогда? Вот ещё, глупости тоже.
Слёз, грёз, чудес в решете - ей бы теперь не хотелось.
Ей бы хотелось пожалуй что бабочкой быть однодневкой.
День - срок недолгий, он бы пройти не замедлил.
Ночь бы навек трепетать сердцу её запретила...
Но - мчат Амур и Дунай волны к Балтийскому небу.
Норд-вест, гудки, синева, сумасшедшее соло радиста.
Плачь, плачь, о сердце! Ночь миновала бесславно.
День не замедлил прийти - ясный, холодный, враждебный.
(С) М. Щербаков |
|
Цитата || || Печать || Комментарии:0 |
| Бастет - 23:55 сетевое |
И ученики в сети бродят.. И рассказывают о себе порой вовсе не в двух словах:
"Деятельность: ну я учусь
Интересы:
Кошки, FCLM, киски, красивые женщины, локомотив, футбол, теория черных дыр, теория суперструн, реалитивиское движение, бить мясных, квазистационарное положение частицы в непроявленной материи( в вакуме для тупых), критерий Арцела компактность систем функций, тупо большие и сочные сиськи, существование базиса в сепарабельных гильбертовых пространствах, преобразование Фурье интегрируемых в квадрате функйий, принцип неподвижной точки Пикара-Банаха, еще раз тупо большие и сочные сиськи вот впринципе и всё! " |
|
Цитата || || Печать || Комментарии:4 |
| Бастет - 00:37 Анимация и графика Ю. Норштейна и |
Анимация и графика Ю. Норштейна и Ф. Ярбусовой в Музее Востока
Странно, что никто до сих пор не проанонсировал 
20 ноября 2007 года в Государственном музее Востока (Никитский бульвар, 12-А) в 17.00 открылась выставка "Зимний день", которая позволит по-новому увидеть творчество художников-аниматоров Юрия Норштейна и Франчески Ярбусовой.
Их глубокий и давний интерес к японской культуре закономерно реализовался в фильме "Зимние дни", снятом в 2003-2004 годах по предложению японского режиссера Кихатиро Кавамото. Поразившая японцев оригинальностью сценария анимационная притча по хайку Мацуо Басё, начинала международный проект с участием известнейших режиссеров-аниматоров из Азии и Европы.
Экспозиция выставки объединяет изобразительное искусство, анимационное кино и японскую поэзию. Демонстрация фильма "Зимний день" предшествует показ захватывающего своей творческой энергией процесса рождения анимационных образов, дополненного комментариями Ю. Норштейна, поэтическими строками Басё и других поэтов. Около 150 эскизов набросков, раскадровок, коллажей - только часть огромной, обычно скрытой от зрителя работы художника-аниматора.
В рамках выставки будет показан весь фильм "Зимние дни", в основу которого лег поэтический цикл (рэнга), написанный Мацуо Басё и его учениками; в залах пройдет акция "Цветочная рэнга" с участием мастеров клуба "Икэбана" и авторов альманаха "Heikumena". Кроме того, будет показана ретроспектива фильмов Ю. Норштейна и Ф. Ярбусовой, а также пройдут концерты традиционной японской музыки.
Проведение данной выставки стало возможно, в том числе, и благодаря сотрудничеству Музея Востока и Представительства компании Mitsubishi Electric Europe B.V. в Москве. С апреля 2007 г. представительство является официальным спонсором выставок Музея Востока, связанных с Японией. "Сегодня между Россией и Японией существует очень тесное взаимодействие как в экономической, так и в культурной сфере. Эта выставка - наглядное тому подтверждение, - говорит Генеральный директор представительства Норицугу Уэмура. Мне очень приятно, что через творчество своих соотечественников россияне смогут больше узнать об истории и культуре Японии".
Выставка продлится с 20 ноября 2007 по 8 января 2008 года.
http://www.museum.ru/N32646 |
|
Цитата || || Печать || Комментарии:0 |
| Бастет - 20:05 Настроенческое |
© А-До
Под уставшим дырявым небом
Я стою без особых причин сомневаться.
Хлеб всегда остается хлебом,
А война заполняет пустые пространства.
Кто-то, лед обращая в воду,
Дал мне знать, что мир - это круг.
Что в лучи обратятся стрелы,
Обернется радугой лук.
Я предлагаю руку
Богу, которого нет.
Я остаюсь с собой.
Я предлагаю руку богу, которого нет..
Я остаюсь Собой.
|
|
Цитата || || Печать || Комментарии:1 |
| Бастет - 23:33 метрошное |
Утром стою перед дверью - а на ней нацарапано:
© By Bastenka
А вы что подумали?
А я - так про самураев.. |
|
Цитата || || Печать || Комментарии:3 |
| Бастет - 03:00 Соленые ножки |
— Почему ты всё знаешь, Заяц?
— От бабушки. Если б вы знали, какая у меня была бабушка!
— И считать тебя научила?
— И считать.
— И писать?
— И писать.
— А мой дед, — сказал Медвежонок, — всё на печке сидел. А бабка ему ножки солила.
— Как это?
— Нагреет воды, выльет в ушат, туда — соли и золы из печки.
— Зачем? — спросил Ёжик.
— Для здоровья. Бывало, скажет: «Ну, Медведюшка, давай ножки солить!» Дед обрадуется — очень он это любил.
— А моя бабка, — сказал Ёжик, — была неграмотной. Зато дедушка в свистульку свистел
— Мой на скрипке играл, — сказал Медвежонок. — Сунет лапы в ушат, а сам за скрипку. Бабка сядет, голову набок — пригорюнится.
— Он что, только грустную играл? — спросил Заяц.
— Что ты! Бывало, и плясовую. Я пляшу, бабка плачет.
— Отчего? — спросил Ёжик.
— Очень деда любила.
— А мой сгинул, — сказал Заяц. — Дед сгинул, отец сгинул, мать пропала. Одна бабушка у меня была. Зато какая бабушка! Посадит к окну, даст уголёк — рисуй, Зайчик!
— А мои вместе свистели, — сказал Ёжик. — Дед бабку тоже научил. Проснутся — и свистят.
— Вот никогда не слышал, чтобы ежи свистели, — сказал Заяц.
— А они — тихонько. Свистят себе и свистят. Когда я чуть побольше стал, мне тоже свистульку сделали.
— Бузинную?
— Не, из липы. Дед липовые любил. У них звук... с шершавинкой.
— А сейчас можешь? — спросил Заяц.
— Забыл. И потом — я свистульки делать не умею.
Помолчали.
Тихо и хорошо было в осеннем лесу.
— Я бы вас извлекать корень научил, — сказал Заяц. — Да, боюсь, не смогу: бабка со мной две зимы билась.
— Что мы — кроты?
— Ты нас и так вон сколькому научил! — сказал Ёжик.
— А давайте ножки солить!
И тут все обрадовались, согрели воды, насыпали золы, соли, и Ёжик неслышно, про себя, засвистел в свистульку, Заяц сквозь слёзы увидел свою любимую бабушку, а Медвежонок радовался, что вот все сидят, солят ножки, а вспомнил, как надо солить, он, Медвежонок.
© Сергей Козлов
09-10-2006
© By Bastenka |
|
Цитата || || Печать || Комментарии:4 |
| Бастет - 14:16 Школьное |
Старший Ребенок учит склонения и "племя-вымя-знамя.."
Никакой рифмованной песенки в голову не пришло, забросили невод в простор интернета.. Пришел невод.. с картинками:
By Bastenka
там еще много всего. наслаждайтесь / пользуйтесь, кому надо
 
By Bastenka |
|
Цитата || || Печать || Комментарии:3 |
| Бастет - 01:55 Следы |
След в след - в зиму
Все дальше
В зиму - след в след
©
или
Все дальше - в зиму
след в след
в зиму - все дальше... |
|
Цитата || || Печать || Комментарии:0 |
| Бастет - 00:14 Немного Хайку |
ТОФИК АГАЕВ
на горячий песок
тень подстелив
опускается чайка
***
всю ночь сверчок
сверлил дыру в тишине...
и в нее провалился
|
|
Цитата || || Печать || Комментарии:0 |
| Бастет - 00:06 о НАНОТЕХНОЛОГИЯХ и иже с ними |
И снова - Бару( в миру - химик и занимается синтезом пептидов. А еще - пишет потрясающие хокку/хайку):
"Показали в рекламе какую-то золотушную деваху, которую фея превратила в принцессу. Ну, прикид у нее сразу стал от кутюр твою мать, а вот кожаные сапожки подкачали. Хоть и модные, но не блестят. И тут фея достает баночку с сапожным кремом «Киви» и предлагает принцессе. А за кадром голос сообщает, что крем этот не простой, а золотой сделан на основе НАНОТЕХНОЛОГИЙ*
* Вы слова-то эти нецензурные сплюньте и рот закройте. Еще и не такое скоро увидим."
Из ленты комментов:
= Сдаётся мне, что придумана самая масштабная в истории метка для сортировки грантопотоков.
В молекулярной и клеточной биологии лет 10-12 назад, помню, без упоминания слова "апоптоз" грантов не давали.
Может, и тут что-то такое? ))
А звучит красиво - на-но-технологии!
Стоп. То есть, если я занимаюсь вирусами - а размер их как раз сотнями нанометров и измеряется, то я, получается - нанотехнолог!? МАМААА... )) =
= микробиология -> нанобиология
микроскоп -> наноскоп
микроорганизм --> наноорганизм
микроб -> наноб
Просто надо правильно макрос в ворде настроить и все гранты будут написаны за секунду. =
__________
"В курилке болтали о нанотехнологиях. Вспомнил я, что читал статью какого-то журналиста о том, как Путин с Ивановым рулили ростовским новейшим комбайном. Иванов, не вылезая из кабины, пообещал президенту внедрить в этот комбайн нанотехнологии, чтоб он стал комбайном пятого поколения, как истребитель. На что мой начальник вздохнул и сказал – И соберут они этим комбайном наноурожай…" |
|
Цитата || || Печать || Комментарии:1 |
| Бастет - 21:52 Понравилось |
В городе первый снег женского рода. Потому что он – невеста. Белая, невинная и настороженная. У нее все еще впереди – пьяные гости, шаферы, свекровь подколодная, семейные сцены и молодость, которую он, подлец, походя растоптал.
А пока – пока все летит, танцует и кружится. Машины часто моргают ресницами дворников, близоруко светят фонари, обмотанный толстым шарфом человек на трамвайной остановке ходит кругами, не в силах распутать клубок собственных следов, и какая-то тонкая девушка со сверкающими распущенными волосами летит и летит в облаке алмазной пыли туда, где ее уже заждались.
©Михаил Бару
© By Bastenka |
|
Цитата || || Печать || Комментарии:4 |
| Древний - 23:53 Лев Толстой |
| Цитата |
Проклятье, которого не было. Церковь и Толстой: история отношений
В истории русской литературы нет, пожалуй, темы более тяжелой и печальной, чем отлучение Льва Николаевича Толстого от Церкви. И в то же время нет темы, которая породила бы столько слухов, противоречивых суждений и откровенного вранья.
История с отлучением Толстого по-своему уникальна. Ни один из русских писателей, сравнимых с ним по силе художественного дарования, не враждовал с Православием. Ни юношеское фрондерство Пушкина, ни мрачный байронизм и нелепая смерть на дуэли Лермонтова не вынудили Церковь перестать считать их своими детьми. Достоевский, прошедший в своем духовном становлении путь от участия в подпольной организации до пророческого осмысления грядущих судеб России; Гоголь, с его “Избранными местами из переписки с друзьями” и “ Объяснением Божественной литургии”; Островский, которого по праву называют русским Шекспиром, Алексей Константинович Толстой, Аксаков, Лесков, Тургенев, Гончаров... В сущности, вся русская классическая литература XIX века создана православными христианами.
[more]
На этом фоне конфликт Льва Толстого с Русской Православной Церковью выглядит особенно угнетающе. Наверное, поэтому любой интеллигентный русский человек вот уже более ста лет пытается найти для себя объяснение противоречию: как же так, величайший из отечественных писателей, непревзойденный мастер слова, обладавший потрясающей художественной интуицией, автор, при жизни ставший классиком... И в то же время – единственный из наших литераторов, отлученный от Церкви.
Вообще русскому человеку свойственно становиться на защиту гонимых и осужденных. Причем неважно, за что именно их осудили, почему и откуда гонят. Пожалуй, главная черта нашего национального характера – сострадание. А пострадавшей стороной в истории с отлучением в глазах большинства людей, безусловно, выглядит Толстой. Его отношения с Церковью часто воспринимаются как неравный бой героя-одиночки с государственным учреждением, бездушной чиновничьей машиной.
Пожалуй, наиболее полно эту точку зрения выразил замечательный писатель Александр Куприн в своем рассказе “Анафема”. Сюжет рассказа прост: протодиакон кафедрального собора отец Олимпий на богослужении вынужден провозглашать анафематствование своему любимому писателю Льву Толстому. Читая по требнику XVII века чудовищные проклятия, “которые мог выдумать только узкий ум иноков первых веков христианства”, протодиакон вспоминает прекрасные строки Толстого, прочитанные накануне ночью, и делает свой выбор – вместо “анафемы” он провозглашает графу Толстому “многая лета”.
Протодиакона можно понять. Вот небольшой отрывок из рассказа, где автор описывает процедуру анафематствования Толстого:
“Архиепископ был большой формалист, педант и капризник. Он никогда не позволял пропускать ни одного текста ни из канона преблаженного отца и пастыря Андрея Критского, ни из чина погребения, ни из других служб. И отец Олимпий, равнодушно сотрясая своим львиным ревом собор и заставляя тонким дребезжащим звуком звенеть стеклышки на люстрах, проклял, анафематствовал и отлучил от церкви: … магометан, богомилов, жидовствующих, проклял хулящих праздник благовещения, корчемников, обижающих вдов и сирот, русских раскольников, бунтовщиков и изменников: Гришку Отрепьева, Тимошку Акундинова, Стеньку Разина, Ивашку Мазепу, Емельку Пугачева, а также всех принимающих учение, противное православной вере...”
Далее у Куприна следует описание проклятий, адресованных персонально Льву Николаевичу Толстому.
“...Хотя искусити дух господень по Симону волхву и по Ананию и Сапфире, яко пес возвращаяся на свои блевотины, да будут дни его мали и зли, и молитва его да будет в грех, и диавол да станет в десных его и да изыдет осужден, в роде едином да погибнет имя его, и да истребится от земли память его... И да приидет проклятство, а анафема не точию сугубо и трегубо, но многогубо... Да будут ему каиново трясение, гиезиево прокажение, иудино удавление, Симона волхва погибель, ариево тресиовение, Анании и Сапфири внезапное издохновение… да будет отлучен и анафемствован и по смерти не прощен, и тело его да не рассыплется и земля его да не приимет, и да будет часть его в геене вечной и мучен будет день и нощь”.
Такие вот ужасные слова в адрес великого писателя. Но не спешите ужасаться. Дело в том, что весь этот кошмар, приписываемый Куприным “узкому уму иноков первых веков христианства”, является от начала и до конца его собственным вымыслом. И дело даже не в том, что ну никак не могло появиться в требнике семнадцатого века имя Емельяна Пугачева, который родился и жил в восемнадцатом столетии. И не в том, что, начиная с 1869 года, анафематствование отдельных лиц в России было прекращено вовсе.
Просто ни в одном из многочисленных печатных и рукописных чинов анафематствования, составленных Русской Православной Церковью за несколько веков, нет ничего даже отдаленно похожего на проклятья, которые Куприн извергает на Льва Николаевича от лица Церкви. Все эти жуткие заклинания не более чем плод буйного воображения расцерковленного российского интеллигента начала двадцатого столетия. Ни в одном из храмов Российской империи анафема Толстому не провозглашалась. Все было гораздо менее торжественно и более прозаично: газеты опубликовали Послание Священного Синода. Вот его полный текст:
Божией милостью
Святейший Всероссийский Синод верным чадам православныя кафолическия греко-российския Церкви о Господе радоватися.
Молим вы, братие, блюдитеся от творящих распри и раздоры, кроме учения, ему же вы научитеся, и уклонитеся от них (Римл. 16:17).
Изначала Церковь Христова терпела хулы и нападения от многочисленных еретиков и лжеучителей, которые стремились ниспровергнуть ее и поколебать в существенных ее основаниях, утверждающихся на вере во Христа, Сына Бога Живого. Но все силы ада, по обетованию Господню, не могли одолеть Церкви Святой, которая пребудет неодоленною вовеки. И в наши дни, Божиим попущением, явился новый лжеучитель, граф Лев Толстой. Известный миру писатель, русский по рождению, православный по крещению и воспитанию своему, граф Толстой, в прельщении гордого ума своего, дерзко восстал на Господа и на Христа Его и на святое Его достояние, явно перед всеми отрекся от вскормившей и воспитавшей его матери, Церкви Православной, и посвятил свою литературную деятельность и данный ему от Бога талант на распространение в народе учений, противных Христу и Церкви, и на истребление в умах и сердцах людей веры отеческой, веры православной, которая утвердила вселенную, которою жили и спасались наши предки и которою доселе держалась и крепка была Русь Святая. В своих сочинениях и письмах, в множестве рассеиваемых им и его учениками по всему свету, в особенности же в пределах дорогого Отечества нашего, он проповедует с ревностью фанатика ниспровержение всех догматов Православной Церкви и самой сущности веры христианской; отвергает личного Живого Бога, во Святой Троице славимого, создателя и промыслителя Вселенной, отрицает Господа Иисуса Христа – Богочеловека, Искупителя и Спасителя мира, пострадавшего нас ради человек и нашего ради спасения и воскресшего из мертвых, отрицает божественное зачатие по человечеству Христа Господа и девство до рождества и по рождестве Пречистой Богородицы, Приснодевы Марии, не признает загробной жизни и мздовоздаяния, отвергает все таинства Церкви и благодатное в них действие Святого Духа и, ругаясь над самыми священными предметами веры православного народа, не содрогнулся подвергнуть глумлению величайшее из таинств, святую Евхаристию. Все сие проповедует граф Толстой непрерывно, словом и писанием, к соблазну и ужасу всего православного мира, и тем неприкровенно, но явно пред всеми, сознательно и намеренно отверг себя сам от всякого общения с Церковью Православной. Бывшие же к его вразумлению попытки не увенчались успехом. Посему Церковь не считает его своим членом и не может считать, доколе он не раскается и не восстановит своего общения с нею. Ныне о сем свидетельствуем перед всею Церковью к утверждению правостоящих и к вразумлению заблуждающихся, особливо же к новому вразумлению самого графа Толстого. Многие из ближних его, хранящих веру, со скорбию помышляют о том, что он, в конце дней своих, остается без веры в Бога и Господа Спасителя нашего, отвергшись от благословений и молитв Церкви и от всякого общения с нею.
Посему, свидетельствуя об отпадении его от Церкви, вместе и молимся, да подаст ему Господь покаяние в разум истины (2 Тим. 2:25). Молимтися, милосердный Господи, не хотяй смерти грешных, услыши и помилуй и обрати его ко святой Твоей Церкви. Аминь.
Подлинное подписали:
Смиренный АНТОНИЙ, митрополит С.–Петербургский и Ладожский.Смиренный ФЕОГНОСТ, митрополит Киевский и Галицкий.Смиренный ВЛАДИМИР, митрополит Московский и Коломенский.Смиренный ИЕРОНИМ, архиепископ Холмский и Варшавский.Смиренный ИАКОВ, епископ Кишиневский и Хотинский.Смиренный ИАКОВ, епископ.Смиренный БОРИС, епископ.Смиренный МАРКЕЛ, епископ.
2 февраля 1901.
Совершенно очевидно, что даже намека на какое-либо проклятие этот документ не содержит.
Русская Православная Церковь просто с горечью констатировала факт: великий русский писатель, граф Лев Николаевич Толстой перестал быть членом Православной Церкви. Причем отнюдь не в силу определения вынесенного Синодом. Все произошло гораздо раньше. В ответ на возмущенное письмо супруги Льва Николаевича Софьи Андреевны Толстой, написанное ею по поводу публикации определения Синода в газетах, Санкт-Петербургский митрополит Антоний писал: “Милостивая государыня графиня София Андреевна! Не то жестоко, что сделал Синод, объявив об отпадении от Церкви Вашего мужа, а жестоко то, что сам он с собой сделал, отрекшись от веры в Иисуса Христа, Сына Бога Живого, Искупителя и Спасителя нашего. На это-то отречение и следовало давно излиться Вашему горестному негодованию. И не от клочка, конечно, печатной бумаги гибнет муж Ваш, а от того, что отвратился от Источника жизни вечной”.
Сострадание гонимым и сочувствие обиженным – это, конечно, благороднейшие порывы души. Льва Николаевича, безусловно, жалко. Но прежде, чем сочувствовать Толстому, необходимо ответить на один очень важный вопрос: насколько сам Толстой страдал по поводу своего отлучения от Церкви? Ведь сострадать можно только тому, кто страдает. Но воспринял ли Толстой отлучение как некую ощутимую для себя потерю? Тут самое время обратиться к его знаменитому ответу на определение Священного Синода, который был также опубликован во всех русских газетах. Вот некоторые выдержки из этого послания:
«...То, что я отрекся от Церкви называющей себя Православной, это совершенно справедливо.
...И я убедился, что учение Церкви есть теоретически коварная и вредная ложь, практически же – собрание самых грубых суеверий и колдовства, скрывающего совершенно весь смысл христианского учения.
...Я действительно отрекся от Церкви, перестал исполнять ее обряды и написал в завещании своим близким, чтобы они, когда я буду умирать, не допускали ко мне церковных служителей и мертвое мое тело убрали бы поскорее, без всяких над ним заклинаний и молитв, как убирают всякую противную и ненужную вещь, чтобы она не мешала живым.
...То, что я отвергаю непонятную Троицу и басню о падении первого человека, историю о Боге, родившемся от Девы, искупляющем род человеческий, то это совершенно справедливо.
...Еще сказано: “Не признает загробной жизни и мздовоздаяния”.
Если разумеют жизнь загробную в смысле второго пришествия, ада с вечными мучениями/дьяволами и рая – постоянного блаженства, – совершенно справедливо, что я не признаю такой загробной жизни...
...Сказано также, что я отвергаю все таинства... Это совершенно справедливо, так как все таинства я считаю низменным, грубым, несоответствующим понятию о Боге и христианскому учению колдовством и, кроме того, нарушением самых прямых указаний Евангелия...»
Достаточно для того, чтобы стало ясно: по существу дела у Льва Николаевича к определению Синода претензий не было. Были претензии к формальной стороне. Толстой сомневался в каноничности этого определения с точки зрения церковного права. Проще говоря, Лев Николаевич был уязвлен именно тем, что о его отлучении не было громогласно объявлено со всех кафедр Русской Православной Церкви. То есть он жалел о том, что не произошло процедуры, которую описал Куприн в своем рассказе. Его отношение к Определению показывает случай, рассказанный секретарем Толстого, В. Ф. Булгаковым:
«Лев Николаевич, зашедший в “ремингтонную”, стал просматривать лежавшую на столе брошюру, его “Ответ Синоду”. Когда я вернулся, он спросил:
– А что, мне анафему провозглашали?
– Кажется, нет.
– Почему же нет? Надо было провозглашать... Ведь как будто это нужно?
– Возможно, что и провозглашали. Не знаю. А Вы чувствовали это, Лев Николаевич?
– Нет, – ответил он и засмеялся».
Не вдаваясь в подробности и оценку религиозных воззрений Льва Толстого, можно, тем не менее, ясно увидеть, что эти воззрения не совпадали с Православным вероучением.
Со стороны Церкви он получил всего лишь подтверждение этого различия. Напрашивается такое сравнение: мужчина много лет как оставил свою семью. Живет с другой женщиной. И вот, когда первая жена подала на развод и получила его, этот мужчина начинает возмущаться юридическими огрехами в процедуре развода. По-человечески все понятно – чего в жизни не бывает... Но сочувствовать такому человеку, по меньшей мере, странно.
Толстой страдал не от формального отлучения. До самой смерти он не был окончательно уверен в правильности избранного им пути конфронтации с Церковью. Отсюда и его поездки в Оптину пустынь, и желание поселиться в монастыре, и просьба прислать к нему, умиравшему на станции Астапово, оптинского старца Иосифа (тот болел, и в Астапово послан был другой старец, Варсонофий). И в этой своей раздвоенности Лев Николаевич действительно глубоко несчастен и заслуживает самого искреннего сочувствия. Но бывают в жизни человека ситуации, когда никто на свете не в состоянии ему помочь. Кроме него самого...
Журнал "Фома" | №9/32 | декабрь 2005
Источник ФОМА-Центр
|
|
|
Цитата || || Печать || Комментарии:0 |
| Бастет - 23:35 Пришел невод... |
By Bastenka |
|
Цитата || || Печать || Комментарии:0 |
| Бастет - 02:43 Ах, как она играла.. |
© Коридор
Как она играла
Хранители хрупких границ спят на боевом посту,
Не слышно ни ветра, ни птиц, лишь чьи-то шаги на мосту,
Лишь чей-то оборванный смех, в реке искупавшись, продрог,
Опять не хватило на всех забытых дорог...
Еще один, прошедший через лес,
Еще не там, но уже не здесь,
Еще один пришел в набат ударить,
Пошел ва-банк, чтобы выйти к началу...
Ах, как она играла, когда была в ударе,
Пусть палач-режиссер начинал все сначала,
Ах, как она играла, когда была в ударе,
По команде "Мотор" даже небо рыдало
Ах, как она играла,
Ах, как она играла,
О боже, как она играла...
Распишите порталы в домах красками новой любви,
Этот занавес - просто туман, это солнце - всего лишь софит.
Смотрит в зале в бинокль судьба, время выглянет из-за кулис,
Королева с похмелья слаба, королева выходит на бис
Еще один безумный партизан,
Еще не здесь, но уже не там,
Еще один в безудержном угаре
Обломался о горб перевала...
Ах, как она играла, когда была в ударе,
Пусть палач-режиссер начинал все сначала,
Ах, как она играла, когда была в ударе,
По команде "Мотор" даже небо рыдало
Ах, как она играла,
Ах, как она играла,
О боже, как она играла
Когда была в ударе...
Слишком много - улыбка на память,
Слишком мало - автограф "С любовью"...
И ее осыпают цветами,
А она хочет просто покоя,
Королева уходит в покои...
Любовник, враг, безумный фанат,
Еще не под, но уже и не над
Он просто принял все на свой счет -
Бедный парень, бедный парень!
Но окончен театральный сезон
И для любви уже не резон,
И лишь с галерки слышится стон -
Он просит все начать сначала...
Ведь как она играла,
Ах, как она играла,
О боже, как она играла |
|
Цитата || || Печать || Комментарии:0 |
| Бастет - 18:23 Красота! |
By Bastenka
дети и собаки с таким же удовольствием бороздят якобы сугробчики.
Майя:
- Так, все, зима. Срочно пора наряжать елку. Мама, ты почему до сих пор прячешь игрушки?
Вот только очень скользко... |
|
Цитата || || Печать || Комментарии:3 |
| Бастет - 00:17 Ну и денек |
Беготня сегодня сплошная, столько всего сразу с началом четверти навалилось.. А завтра - и того больше. И уроки отвести. и девиц на виолончель свозить - домой вернуть, да еще и род собрание вечером.. По итогам четверти..
Ну, это все завтра, завтра
СУМАСШЕДШИЙ ВЕЧЕР
© Зоя Ященко
Ах, какой сумасшедший вечер,
Ты мне снова назначил встречу,
Я в такси над Москвой взмываю,
Боже мой, я не успеваю!
Подо мною мосты и реки,
Перекрестки, дома и трубы,
Вспышки, всплески и фейерверки,
Я забыла накрасить губы!
Ты стоишь, ты чего-то стоишь,
Ты с тоскою на мир взираешь,
Ты, наверное, уже не помнишь
То, что здесь ты меня встречаешь.
Я упала с другой планеты,
Я обрушилась как цунами,
Мне смешно оттого, что это
Каждый раз происходит с нами.
Пушкин пишет стихи и сказки,
В профиль ты настоящий демон,
Ты парируешь без опаски
Разговор на любую тему.
Наши бабушки пели в хоре,
Ты сказал мне "спокойной ночи",
Айвазовский рисует море,
черт с тобою, живи, как хочешь.
Хочешь музыки, хочешь ласки,
Хочешь, вместе уедем в тундру,
Я по-прежнему строю глазки,
В тундре - некому, я не буду.
Ты приветствуешь постоянство,
Ты - пилот эскадрильи "Неман",
Видишь, я ухожу в пространство,
Что не спутник, то в профиль - демон...
Но ты не пропадай!
Но ты не пропадай!
Но ты не пропадай, пропадай, пропадай, пропадай!..
И хорошо, что жизнь вечно чего-то полна  
By Bastenka
|
|
Цитата || || Печать || Комментарии:2 |
|
Сайт Синтона
Расписание тренингов
