Где-то месяц назад сижу я на крылечке, собираю кожаные тапочки, и что-то так увлеклась, что воткнула шило себе в палец. А сапожное шило - это такой крючок, то есть воткнуть его легко, а вот вытаскивать придется со всем, что зацепится за этот крючочек. Сижу, соображаю - вот сейчас у меня в пальце железяка, на которой висит тапок, прикручена ручка и катушка ниток вощеных. Ручку можно скрутить, тапку в месте освободившемся снять, но шило то останется, и его как-то надо вытаскивать. Ехать в травмпункт? Почти нереально - шесть вечера, и я - единственный водитель.Ну не жить же мне с этим шилом. И тут я начинаю реветь. Как дети - широко открыв рот и выразительно отставив ножку. И тут появляется...мой рыцарь. А у каждого рыцаря есть меч. У моего рыцаря его перочинный меч маленького швейцарского ножичка всегда при себе (больших ножей он отродясь не носил, говорит - неудобно, а вот перочинный ножичек - это всегда пожалуйста, и колбаску порезать, и винтик подкрутить, и даму спасти).И вот он этот меч достает, палец мне разрезает, достает шило, ну а дальеш перекись-зеленка-лейкопластырь....
А дня через три сижу я на речке, и уже что-то другое шью. И спрашиваю у рыцаря "А ножик то у тебя есть?", ну, вдруг мне сейчас еще захочется палец проткнуть, или ногу... А он смотрит на меня своими глазами зелеными и нежно так говорит "Ножик у меня дома, а если ты шило сейчас воткнешь, я ручку скручу и протащу его насквозь. Будешь ты как жена фокусника, сквозь которую мечи протаскивают..." И что-то мне сразу расхотелось шило втыкать себе.
Ну а сейчас вообще тяжко - если воткну, то рыцаря почти месяц ждать придется, пока он там из своего крестового похода возвратится на белом ероплане...
|